Тайная секта тугов-душителей существовала в Индии несколько веков и лишь в начале ХIХ века была наконец раскрыта.
Сектанты знали друг друга под именем фансигаров, то есть «людей петли». Название же «туг» происходило от слова «таг» - обманывать, так как туги овладевали своей жертвой, заманивая ее ложной безопасностью.
Жертвы для кровожадной богини.
Еще Тевено, известный французский путешественник XVII века, жаловался в своих письмах на родину, что все дороги от Дели до Агры кишат этими «обманщиками». У них был свой любимый трюк, чтобы обманывать доверчивых путников, - писал Тевено. Туги отправляли на дорогу смазливых молодых женщин, которые горько плакали и причитали, вызывая тем самым жалость у путешественников, после чего завлекали их в ловушку, а потом душили с помощью желтой шелковой ленты, к которой с одного конца привязывалась серебряная монета достоинством в одну рупию.
Банды тугов обычно выходили на большую дорогу после сезона дождей, осенью. До следующей весны только одна из банд (а их по всей стране насчитывалось несколько сотен) могла задушить более тысячи человек. Иногда их жертвами становились одинокие путники, в другой раз целые группы людей, которые переходили в мир иной в мгновение ока. Туги никогда не оставляли в живых свидетелей, поэтому уничтожались даже собаки, обезьяны и другие животные, принадлежавшие убитому.
Подготовка к убийству всегда происходила по заведенному порядку. Банда разбивала лагерь возле городка или деревни и отряжала нескольких своих наиболее смышленых членов бродить по улицам и посещать лавки. Стоило им увидеть небольшую группу путешественников, как они тут же находили с ними общий язык и предлагали дальше путешествовать вместе. Если простаки соглашались, смерть их была не за горами.
Душители не были бандитами в обычном понимании этого слова. Они убивали людей не только ради добычи. Свои жертвы туги, в соответствии с тщательно разработанным ритуалом, посвящали мрачной и страшной богине Кали.
Кали, или Бовани - она одинаково известна в Индии под тем и другим именем - родилась, по легенде, от горящего глаза во лбу у бога Шивы. Она вышла из этого глаза, как греческая Минерва из черепа Юпитера, взрослым и совершенным существом.
Кали олицетворяет злых духов, наслаждается видом человеческой крови, преобладает над моровыми язвами и чумой, направляет бури и ураганы и всегда стремится к разрушению. Она представлена в самом страшном образе, какой могла создать индийская фантазия: лицо у нее лазоревого цвета с желтыми полосами, взгляд свиреп, распущенные, склоченные и щетинистые волосы стоят, как павлиний хвост, и переплетаются зелеными змеями.
"На шее у нее — ожерелье из человеческих голов, тело покрыто кровью, медленно сочащейся из них
"У нее был свой храм, куда люди приносили ей в жертву домашних животных и птиц, однако настоящими ее жрецами были туги, Сыны Смерти, утоляющие нескончаемую жажду кровожадного божества."
Согласно преданию, Кали сначала хотела истребить весь человеческий род, за исключением, разумеется, своих верных последователей и поклонников. Наученные ею, они стали убивать с помощью мечей всех подряд. И так велико было истребление, производимое тугами, что человеческий род вскоре пресекся бы совсем, если бы не вмешался бог Вишну. Всю пролитую на землю кровь он заставлял воспроизводить новые живые существа и, таким образом, противодействовал жрецам Кали.
Тогда кровожадная богиня пошла на хитрость и велела своим последователям не закалывать, а душить людей. Собственными руками она слепила человеческую фигуру из глины, своим дыханием вдохнула в нее жизнь и научила тугов убивать, не проливая крови. А чтобы Вишну не узнал о ее хитрости, она пообещала своим жрецам, что всегда будет прятать тела их жертв и уничтожать все следы.
Кали сдержала свое слово. Но однажды один из любопытных тугов захотел узнать, что делает богиня с мертвыми телами, и подстерег ее, когда она только что собиралась унести тело убитого им путешественника.
"Но богинь, даже тугам, подкарауливать нельзя! Заметив любопытного, Кали подошла к нему и сказала: Ты видел теперь страшное лицо богини, которого никто созерцать не может, оставаясь в живых. Но я пощажу твою жизнь, хотя в наказание за твой проступок не стану более охранять тебя, как было до сих пор, и наказание это распространится на всех твоих братьев. Тела убитых вами уже не будут схоронены и сокрыты мною: вы сами должны принять необходимые для того меры, и не всегда успех будет на вашей стороне, порой и вы сделаетесь жертвой нечестивых законов света, что и должно быть вашей вечной карой. У вас ничего не останется, кроме дарованных мной знаний и высшего ума: управлять же вами я буду отныне только через предзнаменования, которые изучайте тщательно."
Вот с тех самых пор туги и стали придавать особое значение различного рода предзнаменованиям. Они усматривали их в полете птиц, в повадках шакалов, собак или обезьян. Перед выходом «на дело» они стали бросать в воздух топор, и в какую сторону на земле он падал топорищем, туда и направляли убийцы свой путь. Если при этом какое-либо животное перебегало им дорогу с левой стороны на правую, туги считали это дурным предзнаменованием, и экспедицию откладывали на день.
Посвящение в туги
Группа тугов в тюремной камере. В отличие от большинства такого рода рисунков этот, видимо, сделан с натуры и передает не романтическое видение художника, а то, как выглядели душители на самом деле. Фото: CORBIS/FOTO S.A
Стать тугом было непросто — это был продолжительный, сложный процесс. В секту допускались мальчики, когда им исполнялось десять — двенадцать лет, и большей частью кандидатами были близкие родственники душителя.
Поручитель вел кандидата к гуру, или духовному главе секты, который, в свою очередь, отводил его в комнату, где его ждали гиемадеры. или начальники разных шаек. На вопрос, хотят ли принять в секту новичка, они отвечали утвердительно, и затем его и гypy выводили на открытый воздух, начальники становились около них в круг, и все преклоняли колени для молитвы. Вскоре опять поднимался гуру и, воздев руки к небу, произносил:
"''О, Бовани! Мать мира, которую мы обожаем, прими этого нового слугу, даруй ему свое покровительство, а нам знак, по которому мы удостоверимся в твоем согласии."
После этих слов все собравшиеся оставались неподвижными до тех пор, пока мимо не пролетала птица или не пробегало животное, чтобы удостовериться в согласии богини. Затем все возвращались в комнату, где неофита приглашали сесть за накрытый стол.
Вновь принятый член секты начинал свой кровавый путь во славу богини Кали как люггах, или могильщик, либо как белхал - исследователь мест, наиболее подходящих для совершения замышляемых убийств. В этих «должностях» он оставался много лет, каждодневно доказывая свое искусство и рвение. Наконец наступал день, когда его повышали в степень кандидата в бхуттотаги, или душители.
Повышение было сопряжено с новыми формальностями и обрядами. В день, назначенный для церемонии, гуру вводил кандидата в круг, начерченный на песке и окруженный таинственными иероглифами, где он должен был молиться своему божеству. Этот обряд длился четыре дня, в течение которых кандидат питается одним молоком. Не выходя из круга, он упражнялся также в заклании жертв, привязанных к кресту, вкопанному в землю. На пятый день гуру вручал ему роковую петлю, омытую в святой воде и смазанную маслом, после чего кандидат становился настоящим бхуттотагом.
Новоиспеченный душитель клятвенно обещал хранить молчание обо всем, что касалось секты душителей, и трудиться неустанно над истреблением человеческого рода. Он становился жертвоприносителем, а встреченный им человек, поставленный на его пути богиней Кали, делался жертвой.
В завершение церемонии новому члену секты душителей вручался кусок неочищенного сахара, который он должен был съесть тотчас же, а гуру по этому случаю произносил речь, призывая молодого туга отправить на тот свет как можно больше жертв, причем сделать это в кратчайшее время. Вместе с тем ему запрещалось душить женщин, прокаженных, косых, хромых и вообще уродов, а также прачек и представителей некоторых избранных каст, которым оказывала свою защиту богиня Кали. Женщины. кстати, были ограждены от убийства только в том случае, если путешествовали в одиночку, без мужчины-покровителя.
Искоренение «тугизма»
1. Сипай Ост-Индской компании, 1820-е годы. Эти храбрые солдаты были опорой британцев в Индии и излюбленной мишенью тугов. Фото: ULLSTEIN/VOSTOCK PHOTO
2. Устрашающий портрет туга, 1883 год. Реальных душителей становилось все меньше, а интерес публики к ним рос. Потакая ему, художники с писателями наделяли тугов демоническими чертами. Фото: MARY EVANS/VOSTOCK PHOTO
Душители действовали на протяжении веков настолько таинственно, что англичане на первых порах ни о чем не догадывались. Неопределенные подозрения у них появились только в самом начале ХIХ века и лишь в 1820 году генеральный управляющий «Восточно-Индийской компании» приказал капитану Уильяму Слимену положить конец этому безобразию. Сам он уже несколько лет изучал преступную деятельность разбойников-душителей, но, к несчастью, его коллеги не оказывали ему никакой поддержки.
Если сослуживцы капитана недоуменно пожимали плечами, то местные раджи даже мешали его работе. Многие высокопоставленные индусы сами оказывались вовлеченными в эту преступную деятельность. Когда однажды была арестована банда душителей, то сам махараджа Гвалиора направил туда войска, чтобы отбить бандитов.
Преступления, совершенные некоторыми тугами, были воистину невероятными. Один туг, повешенный в Лукнове в 1825 году, был уличен в удушении шестисот человек! Другой, восьмидесятилетний старик, сознался в девятистах девяноста девяти убийствах и заявил, что одно уважение к профессии не допустило его довести их до полной тысячи, так как круглое число считается между тугами несчастливым.
Работа по искоренению «тугизма» шла очень медленно: к 1827 году Слименом были арестованы только три сотни душителей. К концу 1832 года ему удалось арестовать и направить в суд еще 389 душителей. 126 из них были вскоре повешены, а 263 приговорены к пожизненному заключению.
В общей сложности капитану Слимену удалось добиться осуждения более трех тысяч разбойников-душителей. Но еще тысячи бандитов оставались на свободе. При этом следовало иметь в виду, что каждый душитель мог похвастаться убийством не менее 250 человек за время «своей карьеры» — таким образом, общее число жертв этих «жрецов богини Кали» поражало воображение.
Миниатюры из серии «Портреты знаменитых индийских тугов» Чарлза Уэйда Крампа, 1851–1857. К тому времени туги уже не представляли серьезной угрозы, но многие из бывших душителей еще были живы. В заключении они охотно давали себя рисовать и фотографировать. На обеих миниатюрах туги одеты как нормальные, благополучные индусы — скорее всего, как купец и наемный солдат. В таких нарядах они не могли вызвать подозрений. Фото: THE BRITISH LIBRARY / AGE FOTOSTOCK S.A.
Когда в 1876 году Индию посетил принц Уэльский, будущий английский король Эдуард VII, преступления тугов уже пошли на убыль. Принца привели в тюрьму в Лахоре, где он беседовал с пожилым разбойником, жизнь которому была сохранена после того, как он дал суду показания и назвал своих сообщников. Заключенный без тени волнения рассказал принцу, что он отправил на тот свет 150 человек!
Задержанные признавались, что они преследуют отнюдь не выгоду — их цель лишить человека жизни. Объясняя свое поведение, они утверждали, что исполняют божественную миссию и что им за это уготовано особое место на небесах.
Каменные изваяния богини Кали сохранились в Индии по сей день, и к ним до сих пор местные жители приносят свои жертвы, как это делалось в прошлом на протяжении нескольких веков. Традиции не забываются…
anomaliy. ru
разных рас и верований завоевывали этот край и способствовали смешению идей, понятий и религий. Само место расположения штата - на восточном побережье центральной Индии - привело к тому, что на него накатывались волны культурного и исторического влияния, что в свою очередь привело к возникновению совершенно уникальной философии Джаганнатх. Как и в других регионах Индии, религиозная философия определяла развитие искусств, и танец вначале нашел прибежище в культовом комплексе. И даже сейчас праздники в Ориссе не обходятся без танца и музыки.
не допускались к исполнению этой формы танца, поскольку считалось, что своей красотой они будут отвлекать зрителя от божественного смысла представляемой Драмы. Более того, мужчинами игрались все женские роли, для чего им приходилось не только переодеваться в женское платье, но и гримироваться под женщину. Но изменения не обошли танцевальную форму Кучипуди и здесь: в 50 гг. XX века произошло поистине революционное событие – женщинам, наконец, было позволено танцевать!
